Пролог: место, где всё начиналось
Знаете ли вы, что у нашего города была «старшая сестра»? Маленькое село с таким же тёплым и звучным именем.

Оно исчезло с карты, но его душа осталась с нами в названии города, в памяти первых нефтяников, в легендах, которые передаются из уст в уста.Это село называлось Отрадное. Именно ему наш город обязан своим именем.

Два имени — одна судьба
В 1922 году 22 семьи из села Черновка — Обуховы, Шемонаевы, Дробжевы (на фото), Боковы, Митрофановы, Ветровы, Ненашевы, Пудовкины, Ненашевы, Сафроновы, Небобины, Рыковы, Щетинины, Рязановы и другие после долгих раздумий определились с местом под будущий посёлок.

Их желание разбить его вблизи реки Кинель между сёлами Муханово и Марково поддержал Чёрновский волостной Совет. Уполномоченным по переселению назначили Степана Фроловича Бокова (на фото 1 - ый слева в 1-ом ряду).

Ранним весенним утром переселенцы прибыли на новую землю. Им предстояло поделить весь надел под усадьбы. Каждой семье полагалось 20 саженей в ширину. Разбились на две группы. Одна взялась отмерять участки со стороны Муханово, другая со стороны Марково.

В перекурах участники столь важного дела обстоятельно обсуждали название будущего посёлка. Все радовались природе да благодатной почве. Окружающий мир будто подпитывал их живительной силой. И думы у людей были весёлые, жизнь на приволье обещала быть благополучной.

Общий душевный настрой выразил Степан Фролович Боков: «Отрада!» (этот возглас в разных источниках приписывают разным людям, но суть одна).

Отмерив положенное каждому, вбили колья и пошли через оставшуюся в центре пустошь к сотоварищам. Высказали им своё мнение: «Наречём посёлок Отрадой».

Однако натолкнулись на их несогласие: оказывается, ещё поутру они решили назвать посёлок Эхом. Видно на зорьке уж очень звучно их голоса отражались лесом и рекой.

Так и повелось, и укрепилось на несколько десятилетий два названия деревни: со стороны Муханово — Эхо, а ближняя к Марково часть — Отрада. Лишь в годы войны окончательно утвердилось — Отрадное.

Жизнь на новой земле
Селился на новой земле люд не абы с кем, а с надёжными соседями, с которыми сроднились ещё в чёрновской общине. За тридцать лет посёлок разросся: 22 усадьбы было в 1922 году, к 1937-му стало 37.

До 1946 года своей школы в поселке Отрада- Отрадное не было, поэтому крестьянские дети постигали грамоту в Мухановской семилетке. Лишь в роковые военные годы, из-за бедственного положения семей, когда не во что было обуть и одеть школяров, Мария Ильинична Киселёва открыла начальные классы в передней избе своего дома.

Ребятишек рождалось немало. К примеру, в 1936 году на свет появилось около сорока. Это поколение окончило школу как раз накануне открытия большой мухановской нефти, и взрослело оно под разговоры о бурении скважин, под рокот и скрежет техники.

В 1942 - 1943 годах в Отрадном квартировала воинская часть (конная кавалерия) . Солдат разместили в домах селян:Дробжевых, Шемонаевых и др. Поселковые дети ухаживали за лошадьми, за что получали от солдат сахар, селедку.

Нефть меняет всё
В 1943 году в село приехали первые геологи. В 1945 году в Отрадное привезли большой, доселе невиданный бурильный станок.

Вся деревня высыпала на улицу. Судачили, цокали языком, качали головами. А досужие ребятишки даже падали носом в дорожную пыль и наперебой нюхали бензиновый след от узорных колёс грузовика...

Так началась новая эпоха. С 1946 года в село стало прибывать много новых людей. В доме Пудовкиных обосновалась нефтеразведка во главе с Ф.Ф. Рогожинским, у Обуховых разместились топографы и геодезисты из «Гипровостокнефти». Дом Рыковых манил духмяным ароматом свежеиспечённого хлеба, в нём открыли пекарню.

Появился в посёлке магазин, в котором нефтяники получали по карточкам продукты и промтовары. В трёх новеньких финских щитовых домиках разместились почта с телеграфом и телефоном, мужское и женское общежития.

Исчезновение села
К 1950 году в Отрадном насчитывалось 72 усадьбы. Из-за активной разработки Мухановского месторождения посёлок оказался в центре буровых и промысловых работ, и жить в нём становилось всё опаснее.

Впритык к усадьбе Никиты Михайловича Шемонаева находился факел, из жерла которого с рёвом вырывалось пламя от сгорающего попутного газа.

Кстати, он последним покинул поселок Отрадный. Местом для расселения была определена улица Озерная в строящемся городе Отрадный. Некоторые семьи поселились в поселке Муханово.

Партийные и советские органы приняли решение о ликвидации посёлка. Мнения жителей разделились: коренные отрадовцы никак не хотели уходить с насиженного места и писали письма в обком, в Москву. Пришлые нефтяники поглядывали с надеждой на строящийся город.

Около десяти лет шло переселение. Люди уходили со слезами на глазах. Особенно тяжело перенесли переезд старики. За частичкой собственной памяти они приходили на родину, в свою Отраду, потерянную навсегда. Видимо чтобы в последний раз ощутить её тепло.

Воспоминания Валентины Константиновны Дробжевой
Валентина Константиновна Дробжева (Скрябнева) родилась и выросла в том самом Отрадном, который отдал имя нашему городу. Вся её жизнь, как губка, впитала в себя удивительные моменты истории родного края.

Она вспоминала, как в 1943 году в село приехали геологи и остановились в избе бабки Маланьи. Дети наблюдали за ними, как за инопланетянами.

Они что-то писали, раскладывали землю по ящичкам, называли её чудным словом «керн» и заливали красками. Она рассказывала и о том, как одна скважина появилась прямо в огороде у Дробжевых: «Какая вам свекла?! Тут нефть залегает!»

На вопрос о том, как она вспоминает то время, Валентина Константиновна ответила: «С грустью. Часто сны снятся о детстве и юности. О той близкой и далекой моей родине...». Основная часть жителей поселка стали горожанами, связав свою жизнь с добычей нефти, строительством, бурением.

Слово «отрада» — старинное, тёплое, домашнее. Оно прижилось здесь не случайно. В среднерусских говорах оно означало «утешение», «успокоение», «наслаждение покоем». Крестьянам, измученным войнами и лихолетьем, в тот момент больше всего хотелось именно этого — тишины, мирного труда на земле, возможности просто жить.

И они нашли здесь свою отраду. Оно как эхо той далёкой зорьки, когда над рекой впервые разнеслись голоса людей, решивших начать новую жизнь. «Эхо» и «Отрада» — две стороны одной судьбы. Одна — звонкая, гулкая, манящая. Другая — тихая, успокаивающая, целительная. И они соединились в одном имени, которое мы произносим сегодня.

Село Отрадное ушло. На его месте вырос город — шумный, нефтяной, устремлённый в будущее. Но что-то важное осталось. Что-то, что нельзя заасфальтировать или перестроить.
Осталось имя. Тёплое, как мамины руки, и звонкое, как первый школьный звонок.

Остались воспоминания, что бережно хранят старожилы, передавая их детям и внукам, как драгоценную реликвию.

Остались люди, кто помнит то село, ту жизнь, тот уклад и кто слышал, как скрипели колодцы, как пахло свежеиспечённым хлебом в пекарне Рыковых, как по вечерам над рекой разносились песни.

Мы сегодня живём в городе, в котором соединились и то, и другое. В нём есть и энергия нефтяных фонтанов, и тишина лесных опушек, и шум буровых, и плеск кинельской воды. И каждый раз, когда мы произносим «Отрадный», мы возвращаем тех людей на эту землю.

Мы даём им бессмертие в имени. В нём и звонкое «Эхо», и тёплая «Отрада». В нём судьбы 22 семей, которые пришли на эту землю в 1922 году. В нём память о тех, кто уходил со слезами, но оставил нам самое главное — имя